(где-то сразу после Нового Года)

Корпоративчик был в самом разгаре. В большом зале сидели бывшие спекулянты, ставшие директорами банков, и воры, ставшие хозяевами нефтяных вышек, высокопоставленные госчиновники и элитные проститутки, светские львицы и не менее элитные и дорогие гомосексуалисты - одним словом, московский бомонд. Знатная его часть. На небольшой сцене играла свои лучшие песни легендарная группа "Машина времени" (10 тысяч долларов за выступление - цены в связи с кризисом упали - да и группа эта не дотягивала до уровня настоящих звезд вроде Жанны Фриске или "Блестящих", выступления которых стоили в несколько раз дороже) - и в звуках песен про солнечный остров, скрывшийся в туман, и про пока горящую свечу тонул звон бокалов, вилок, втыкающихся в тарелки со всякими вкусностями и яствами.

Только-только началась знаменитая песня "Поворот", как на сцену выскочил Дед Мороз - белая борода, красный кафтан и красная шапка, с красным мешком - довольно тяжелым от подарков. Те немногие, кто не пил, не целовался взасос и не нюхал кокс, захлопали: "Жги, старичок!"

- Мужик, вали отсюда, - злобно прошипел Андрей Вадимович Макаревич, который в этой песне был только на подпевке.
- Ага, - радостно крикнул Дед Мороз, положил мешок на сцену, сунул в него обе руки и извлек оттуда два черных предмета, оказавшихся двумя скорострельными пистолетами-пулеметами.

Так же бодро (или, как было модно говорить в последнее время, "бодрячком") Дед Мороз с обеих рук начал расстреливать сидящих в зале.
Полный текст

Литературный журнал « The Millions » провел опрос, призванный выявить 20 лучших книг, вышедших в XXI столетии. Издание составило два списка, один из которых формировали эксперты, а второй – читатели.

Жюри из 56 профессионалов назвало лучшей книгой семейный эпос «Поправки» Джонатана Франзена. В список также попали книги Кормака Маккарти (5-е место), Кадзуо Исигуро (10-е), Иэна Макьюэна (14-е).

Все бабы, как бабы...

Ой, боже ж ты мой, я ну просто кайфую!
По улицам лебедем выплыву белым:
Улыбка направо, взгляд томный налево –
Все бабы, как бабы, а я – королева!
...

На Гаити случилась беда. Я взираю на это с испугом, но нельзя не признать, господа, что частично она по заслугам. Если вдуматься — дело в грехах. Отвечать за грехи не пора ли? Намекают в церковных верхах, что причина — забвенье морали. Разберется и глупый малыш, если выживет там и спасется: ведь трясется пол-острова лишь. Половина отнюдь не трясется! Дело в том, что в Гаити бардак, невзирая на медь и кораллы (любопытно, что думают так и церковники, и либералы). Там закона и жалости нет, и сосед презирает соседа, ибо каждый второй — людоед (каждый первый — обед людоеда). Там ужасно упала мораль и полнейший зарез с плюрализмом, потому что их лидер Преваль с нарушеньями страшными избран; там благую не слушают весть, и язычество правит повсюду (номинально католики есть, но при этом господствует вуду); грязь, упадок, всеобщий распад (хорошо хоть, не знают о бомбе), верят в зомби — причем, говорят, там действительно водятся зомби… Нищих, кажется, тысяч пятьсот. Руководство приветствует взятки. Просто так никого не трясет: вся причина — в моральном упадке. Все мы камушки в Божьей горсти, не бывает страховки от ада. Вот Науру не будет трясти — там признали того, кого надо. Тут иные лицо покривят, но вглядитесь, коллеги, сравните! Ужасается сам Патриарх, до чего там дошло, на Гаити. Может, если их сильно встряхнуть и дома покрушить, как посуду, — сразу встанут на праведный путь, а потом отрекутся от вуду? Ведь об этом писали тома — Августин, Кесарийский Евсевий, — все сходились на том, что ума прибавляется от потрясений!

Я уеду, но всё таки жаль,
не крести мой троллейбус, не надо.
Будешь в наших краях, заезжай,
остановка шестая от ада.

(неизвестный мне автор, а стихи запомнились)

Хвала богам, настал конец каникул. Давно не помню времени трудней. Я весь декабрь мурлыкал и курлыкал, предчувствуя двенадцать пьяных дней, — и как же, братцы, были мы неправы! Метафорами мыслящий поэт, я вижу здесь метафору халявы, микромодель недавних тучных лет (одни считают — семь, другие — девять). И сам я был Отечеству под стать: мне было можно ничего не делать, а только жир копить и газ пускать. Прямое сходство: после долгих тягот, увязнув скопом в пьянстве и еде, мы празднуем, что стали старше на год (вот тоже повод! — но другие где?). Включили телик — сплошь родные лики: Боярский, Алла, Галкин в колпаке, — и президент сказал, что мы на пике, прозрачно намекнув, что мы в пике, и потекло шампанское в бокалы, и, утверждая празднество в правах, бокалы эти стукнулись боками, и долгий звон отдался в головах.

...

Сегодня лазил по старому компу в поисках понадобившихся мне файликов и наткнулся на пыльный архив моего древнего творчества.
Оказывается, там много интересного, по крайней мере для меня.

Один их таких примерчиков я решил показать публике. Это весёлый стишок, который я писал для компании Siemens, в те времена, когда она уже стала Benq-Siemens и будучи на грани развала выпустила свои последние мобильные телефоны. Так вот, компания проводила конкурс на лучший рассказ или стихотворение, которое в весёлой форме описывало бы прелести и радости пользования их мобильными девайсами. Моя работа заняла второе место, и я получил флешку на 256 метров. В те времена это был довольно неплохой подарок, но я завидовал первому месту -- там дарили мобильный телефон :)

Итак стих:

Половина чашки кофе на столе.
Утром хмурым так его хотела.
Будто моросью в холодном декабре
Пробегут мурашки все изгибы тела.

Будто ветер перестал трепать
Мне макушку твоей ласковой рукою.
Как бы мне хотелось передать
Тебе весточку и быть самой собою.

Как бы мне хотелось объяснить
Эту жизнь и вместе с нею выжить.
И еще, конечно, прояснить
Небо - его вытереть и выжать.

Ночью выходить как на войну,
В темноте курить и не казаться гадкой.
Говорить тебе: "Я все пойму".
И своей понятливою славится повадкой.


© Copyright: Токарева Мария, 2009
Свидетельство о публикации №1909170250

Все — в ораторском таланте.
Пьянке — смерть без колебания.
Это заседает анти-
алкогольная компания.
Кулаком наотмашь в грудь
бьют себя часами кряду.
«Чтобы я? да как-нибудь?
да выпил бы такого яду?!»
Пиво — сгинь,и водка сгинь!
Будет сей порок излечен.
Уменьшает он мозги,
увеличивая печень.
Обсудив и вглубь, и вдоль,
вырешили всё до толики:
де — ужасен алкоголь,
и — ужасны алкоголики.
Испершив речами глотки,
сделали из прений вывод,
что ужасный вред от водки
и ужасный вред от пива...
Успокоившись на том,
выпив чаю 10 порций,
бодро вылезли гуртом
яростные водкоборцы.
Фонарей горят шары,
в галдеже кабачный улей,
и для тени от жары
водкоборцы завернули...
Алкоголики,— воспряньте!
Неуместна ваша паника!
гляньте — пиво хлещет
анти- алкогольная компанийка.


Фраза: Алкоголики,— воспряньте!
Неуместна ваша паника! - стала моим жизненным девизом:)

Ты снова закроешь глаза,
С грустинкой о прожитом лете.
На окнах сложилась лоза,
Как цифры в счастливом билете.

В безоблачном небе парит
Прощальная ласточек стая,
Мне осень опять говорит:
"Ну здравствуй, моя дорогая!"




© Copyright: Токарева Мария, 2009
Свидетельство о публикации №1908270905